6+

За достойное образование

Читайте материалы по реформе РАН...

Портал о развитии благотворительного и гражданского движения
/ Главная / Жемчужина. Книга о Милосердии

Диакония


                                   

"В начале каждый думает, что он-то никогда не станет рабом наркотиков - просто не допустит этого. Так думали и те, кого сейчас уже нет", 

 

                                                         БЕЗ СТРАХА

 

 

Елена Евгеньевна Рыдалевская - исполнительный директор межконфессионального - 5 христианских церквей - Благотворительного фонда «Диакония»

Елена Евгеньевна Рыдалевская  закончила медицинский университет им. Павлова  по специальности «Лечебное дело».   Более 10 лет работала  в РОО  «Возвращение», сначала сотрудником, а потом руководителем Реабилитационного центра.  В 2004 году - координатор нарко - СПИД программ в Ассоциацию ХМДС. Сейчас    исполнительный директор межконфессионального   Благотворительного фонда «Диакония»

 "На каждом месте куда меня определил Господь, есть как свои  трудности так и радости. Должность руководителя несет с собой большую ответственность, т.к  за тобой стоят люди, которые тебе доверяют и в данном случае самое сложное в том, что их взгляды, воля и интересы часто бывают взаимно противоречащими. Поэтому найти точки соприкосновения и примирения бывает очень непросто, у каждого из нас много амбиций и для меня важно, чтобы сложилась команда, в которой есть взаимопонимание, уважение и желание совместно делать дело",
Елена Рыдалевская.
 
- Елена  Евгеньевна! Много лет  Вы возглавляли РОО «Возвращение». Глядя на Вас, трудно представить,  что  этот  нелегкий труд возвращение из бездны лег на хрупкие женские плечи. Впрочем,  не привыкать. Особенно – в России. Но – не только…
 - Это слишком громкие фразы. Мы с коллегами обсуждали вопросы работы с наркозависимыми и пришли к выводу, что это работа, в первую очередь,  много дала нам самим. В нашем присутствии происходило преображение ребят и девушек, и это был их большой труд, свидетелями которого мы становились, поэтому это возвращение  «Блудного сына» так же как картина Рембрандта, многому научает наше сердце, делает его больше и мягче.
 
- Чем запомнились эти годы? Трудно ли было общаться и помогать  людям с зависимостью от наркотиков? Какие они? Чему они научили вас? Вам их жалко?
 
 - «Жалко» не подходящее слово, т.к. любить пациентов это дар от Бога. Если его получил, то это дает вдохновение и желание этим заниматься, а кому он дается и почему – не знаю. Они – воспитанники или пациенты, талантливые, чуткие, с ярким творческими способностями. Трудно вначале, когда излишне эмоционально воспринимаешь каждого человека, потом с профессионализмом приходит адекватное чувство дистанции и своей роли - весьма скромной. Т.к это выбор человека – выздоравливать или нет. Конечно, скорбно, когда нелепо погибает  молодежь, часто это бывает внезапно, от передозировки, когда уже начало что-то получаться, и казалось бы ничто не предвещало гибель, дело шло на лад, появились светлые промежутки в виде ремиссии и отношения с близкими восстанавливались. Но есть надежда, что поскольку человек уже стремился к примирению с собой и Богом, то его усилия не пропадут втуне, и он не останется без милости Божией.
 
- Встреча, с каким человеком запомнилась Вам более всего? Что больше в таких встречах – горя или радости? Есть ли надежда у тех, кто стал наркоманом выпутаться и, если да, то, сколько их – кто смог? Или – это навсегда? И как люди становятся наркоманами? Это обязательно люди слабые никчемные,  или самоуверенные?
 
 
 - Тальков пел о них «обманутое поколение». Это дети, родившиеся в нашей стране, потерявшей нравственные ориентиры и ценности. С сознанием, отравленным СМИ, что гедонизм – единственно верная стратегия в жизни. Это с нашего молчаливого и индифферентного одобрения они втягивались в рекламную манипуляцию – попробуй, купи, наслаждайся. Помните сказку о Гамельнском крысолове, когда богатый город страдал от крыс и некто, странно одетый и пропахший серой, пообещал избавить город от бедствия в обмен на мешок золота. Отцы города согласились и он, играя на волшебной дудочке увел крыс и утопил в реке. А когда наступил час обещанной платы, денег пожалели и велели убираться подобру  поздорову. И тогда он заиграл другую песенку – играйте, развлекайтесь, не нужно душных классов  - за этой песенкой из города за крысоловом потянулись дети. И город опустел, детей найти не смогли. Поэтому наша жадность, коррупция, эгоизм и продажность закладывает базу под уход детей в наркотики. А еще психологическая и эмоциональная некомпетентность родителей, которая не только их вина, но и беда – поколения выросшего в СССР. А далее социальная неустроенность и напряженность, генетическая предрасположенность (дед\отец алкоголик – сын наркоман), двор, друзья и их влияние, личные особенности. Отсутствие подлинных ценностных ориентиров, веры  - список длинный. Люди в зависимости похожи друг на друга – портрет известен и мрачноват. Пути выхода похожи, а вот ресурс, реабилитационный потенциал у каждого свой. Не всегда его хватает, чтобы пройти дорогу  выздоровления до нужной границы. И тогда как говорят в сообществе NA «тюрьма, больница, смерть».
 
 Встреча с человеком, который уже много лет в ремиссии стала дружбой. Вижу его часто и вспоминаю евангельское: «о том надобно было радоваться и веселиться, что брат твой сей был мертв и ожил, пропадал и нашелся.» Лк.15:11-32…… и радуюсь.
 
- Вы не жалеете, что ваша жизнь проходит   на границе добра и зла? Как  терпят, понимают,  поддерживают Ваши близкие?
 
 - Детям нравится, что мама занята чем-то стоящим. Муж очень поддерживает и прикрывает мое отсутствие дома заботой о детях. По работе часто общаюсь с интересными, увлеченными людьми, душевно богатыми и красивыми. Граница борьбы добра и зла лежит в сердце в человека, и это единственная война, которую стоит вести в самом себе. Поэтому чья-то борьба, которую видишь, помогает вести свою собственную, потому что становишься как бы соратником – боремся вместе, каждый со злом внутри себя, но упаси Бог бороться с другим или в другом. Только если он  тебя просит совета или помощи – можно помочь поставить правильный вопрос, чтобы он сам искал ответ в нужной плоскости.
 
- Под каким флагом вы идете, что несете людям, почему это происходит именно в Вашей жизни? Вы и не предполагали, что ваши пациенты будут люди с тяжелой судьбой? А если взять ношу полегче? Вы – Верите?
 
- Под флагом перестала ходить, выйдя из пионерского возраста. Хожу без флагов и избегаю шествий вообще. От отчаяния спасает «Общество непроходимых оптимистов»  - в этом неформальном объединении много моих друзей и близких, а также любимые литературные герои – например о. Фрэнсис Чисхолм из романа А.Кронина  «Ключи царства». Некоторые из членов общества даже не подозревают, что являются действительными членами этого объединения.
Однако для меня они очень важны, без них моему оптимизму было  бы очень сложно остаться в живых. И единой питающей основой для этого общества является вера в Бога. У меня она появилась в детстве, потом росла, принимала различные формы и очертания, пока не доросла до воцерковления в Православную церковь. А еще особым ресурсом в моей жизни была глубокая любовь моего отца, которая дала мне силы и жизнелюбие.
 
- Расскажите подробннн  о  фонде Диакония.  В чем его принципиальное  отличие от других? Сама идея – межцерковного  – пять христианских церквей – объединения – замечательна. Что мешает -всем миром – несмотря на политические   или например национальные разногласия  объединимся против общего беспощадного врага – нарокотиков и тех, кто их распространяет, а также против терроризма- расовой нетерпимости –  против нацистов всех мастей?
 
 - Основанием нашей организации стало социальное служение, которое осуществляется разными христианскими конфессиями и не требует абсолютного догматического единства. Т.К для того чтобы накормить голодного, посетить заключенного и утешить скорбящего не важно какой веры нуждающийся, и  предполагает не проповедь, а конкретные адекватные дела для улучшения ситуации. Поэтому христианские конфессии, согласные с «Символом веры» основали фонд для поддержки и развития социального служения. Миру обычно мешает, что и всегда – гордость, амбиции или жадность, а также ревность не по разуму.
 
-Есть ли  положительные  тенденции  в борьбе против наркомафии? В снижении количества молодых наркоманов? Или – ситуация в целом только ухудшается?
 
 - Увеличивается вовлеченность разных христианских церквей в работу с зависимыми. Есть желание сотрудничать (по крайней мере декларируемое –государства и церкви, и сектора НГО). Количество героиновых наркоманов снизилось, однако в целом наркопотребление расширяет список психоактивных веществ. Положительная тенденция в масштабе государства – попытка, инициированная ФСКН, создать национальную систему реабилитационных центров и осуществлять государственную закупку услуг у СО НКО. Это позволит таким организациям как наша сосредоточиться не на поиске денег для осуществления реабилитационной программы, а на улучшении и развитии самой реабилитации.
 
- Расскажите о   себе. О семье, об увлечениях, хобби, домашних животных, о прогулках и об отпусках… О любимых книгах и любимых людях – если можно. о книгах, о друзьях, которые помогли вам на пути?
 
 - В первую очередь это духовный отец и другие священники, к которым можно прийти за помощью и советом и молитвенной поддержкой. Я люблю командировки, поскольку путешествовать за свой счет нет возможности, то утоляю «охоту к перемене мест» за счет работы. Города в разных уголках земли, природа и щедрая южная и сдержанно-романтичная северная, книги и фильмы с которыми можно подумать и почувствовать мир людей. Все это я люблю. Без любимых людей чувствую себя плохо – одиноко и печально. Правда, это одиночество настолько редко, что иногда мечтаю побыть одной подольше. Четверо детей, сотрудники и друзья  создают такой эффект присутствия, что с удовольствием молча езжу в поезде, когда мобильник не ловит связь, а попутчики безмолвны. В основном много говорю и много слушаю. Отдыхаю, когда ложусь спать рано или сплю днем в выходные. Люблю театр, музыку и музеи, книги, фильмы и природу.
 
-  Что вы говорите себе самой, когда опускаются руки,  когда лишь тоненький огонек свечи мерцает в кромешной мгле?
 
 - Выключаю  свет, мобильный телефон и ложусь спать или иду молиться в пустой храм. Или уезжаю на любимый Свято-Георгиевский приход в Кинешемской и Палехской епархии, где «меня встретят и за стол посадят с миром…» друзья монахи.
 
- Ваше мнение о роде человеческом после общения не с самыми  успешными его представителями – пошатнулось?
 
- Нет, потому что успешные, в сегодняшнем нашем понимании зачастую – скучные и самодовольные . А наши заблудшие и прочие к ним примкнувшие в социальном служении, подвизающиеся или сочувствующие и помогающие – ищущие, теплые, живые, думающие и развивающиеся. 
 
- Что удалось, и не  удалось, что бы вы хотели пожелать себе самой
и всем нам?
 
- Научиь тся любить друг друга, Бога и ближнего.
 
-  Милосердное служение людям –  что это по –вашему? Милосердие – больше, чем помощь?
"Важно не то, сколько вы сделаете, а то, сколько любви вы вложите в свой труд"
Мать  Тереза
 
 - Благотворительность милосердна только тогда, когда она обращена к сердцу страждущего человека, а не только направлена на удовлетворение его материальных нужд.
 
Концепция милосердия является одной из центральных в Православии. Милосердие - это активное вмешательство христиан в земные дела ради уничтожения самих причин страдания. Это вызов укладу жизни, закрепившему социальную, экономическую и расовую несправедливость, вызов нашим инстинктам, вызов основному закону биологической жизни, который предполагает выживание сильнейшего.
 
 
- Ваш любимый афоризм – стих – лозунг.
 
«Есть Бог, есть мир; они живут вовек.
А жизнь людей мгновенна и убога.
Но все в себя вмещает человек,
Который любит мир и верит в Бога.» Н.Гумилев
 
 
Ел.  Рыдалевская - исполнительный директор межконфессионального  Благотворительного фонда «Диакония»
 
                 
                   В этом эссе я  попытаюсь  осмыслить путь становления, который прошла некоммерческая реабилитация наркозависимых с участием православной церкви в России. 
В конце 80-х, в Санкт-Петербурге появилась первая некоммерческая организация «Возвращение», которая объединила людей, стремящихся помогать зависимым, большинство из них имело опыт употребления опиатов, поэтому проблему знали не понаслышке, кто-то прошел и  врачей и тюрьму и неоднократные самостоятельные попытки справится. И достигнув разными путями ремиссии, имели желание помогать другим. Руководило ими сочувствие к тем, кто еще бился в этой паутине, глубокая человеческая потребность в общности, реализуемая через участие друг в друге. Страна переживала глобальные потрясения, рушилась старая идеология, и многие рожденные в СССР, ощущая лживость всей общественной жизни Союза, ущербность примитивной идеологии, приходили к разным формам протеста или ухода от окружающей их действительности.
 
Наркомания,  в начале 90-х имела другое лицо, чем современная. Эти люди читали Г.Гессе, слушали тяжелый рок, искали в некотором смысле иную «духовность».  Среди тех, кто собирался тогда в «Возвращении» самым главным был поиск свободы не только от наркотика, но и вообще свободы, дарованной человеку как дар желанный, но и опасный. И вместе с поиском этой свободы одновременно вставал вопрос смысла жизни. Модные тогда оккультные течения и практики, связанные с книгами Е.П. Блаватской, К.Кастанеды и других восточных и эзотерических гуру при попытке применить их в терапии зависимости не принесли ощутимого успеха.   И тогда взоры обратились к русской православной церкви. Начались поездки в Псково-Печерский монастырь, поиск духовных книг и священников, готовых к открытому диалогу . Можно сказать, что  самое главное, что случается в жизни ищущего веры и Бога, а вместе с этим ответов на многие глубокие вопросы о смысле жизни, тайне смерти, отношений с людьми, обретении свободы - это встречи людьми у которых уже есть эти ответы, в жизни которых была эта живая и достоверная встреча с Богом. И это не некое интеллектуальное достижение, но  практический опыт жизни, применение христианского мировоззрения на практике, опыт сердечной веры, молитвы, Богообщения. Эти встречи состоялись. Благодаря им, начал происходить поворот от оккультизма и восточных учений к тысячелетнему опыту православной церкви.  Появился собственный опыт поста, молитвы, жизни в православной общине и он стал применяться как среди самих помогающих, так и использоваться ими для реабилитации.
 
Первым реабилитационным центром, где осуществилась попытка реабилитации зависимых вместе с воцерковлением, стал «Мельничный Ручей» или, в просторечии, «Мельница». Опыт «Мельницы» показал, что зависимый человек в пространстве христианской терапевтической среды, основанной на взаимном уважении и  сотрудничестве, легко перенимает новые для него формы поведения. По сути серьезной психологической или психотерапевтической работы с воспитанниками на «Мельнице» не велось. Не было и попыток внедрения 12 шаговой программы. Но был активный и творческий поиск различных форм работы. Глубокое сочувствие к воспитанникам.  Для сотрудников «Мельницы» работа становилась образом жизни. Может быть не самым удобным, но радостным и вдохновенным, наполненным открытиями, общностью и взаимной благодарностью. Возможность творчески осмыслять процесс преодоления болезни, приводил к внедрению в практику различных форм работы. Практические нужды центра определяли необходимость труда воспитанников:  строительство и ремонт зданий центра, ведение подсобного хозяйства, строительство храма, обеспечение бытовых потребностей. Сама эта возможность осмысленного созидания, участниками которого являлись воспитанники, радовала их и помогала повысить самооценку. Они начинали чувствовать себя нужными и уважаемыми людьми. Досуг, в виде проведения КВНов (конкурса веселых наркоманов), во время которого ребята могли посмеяться над самими собой и реализовать свои творческие способности, поэтические и песенные вечера украшали жизнь центра и создавали радостную и живую атмосферу, которая была настолько привлекательна, что самым страшным наказанием было отчисление. Мало кто уходил отсюда по собственному желанию. Вырабатывались правила центра, разрабатывался пакет документов, уточнялись сроки реабилитации. Конечно, были различные нарушения дисциплины. Из которых самым соблазнительным было нарушение дистанции с противоположным полом, т.к.на реабилитации находились и юноши и девушки.
 
 Были и эпизоды с попытками употребления психоактивных веществ, в первую очередь алкоголя, в связи с его  доступностью. Поселок «Мельничный Ручей» находится во Всеволожском районе Ленинградской области и ближайшие магазины были в шаговой доступности.  Бывали и попытки принести с собой наркотики, приезжающими из города. Но  центр мотивировал человека менять свою жизнь, он давал бытийное переживание, что жить трезво стоит. Помогал найти новые ценности и смыслы, приводил человека к порогу храма, благодаря участию в молитвенном правиле, общению со священником, участию в церковных Таинствах. Фактически, в современном понимании этапности реабилитационного процесса, он выполнял роль мотивационного этапа. Выпускники, после 3-х месячной реабилитации либо искали продолжения воцерковления на приходах или монастырях православной церкви, либо искали поддержку в сообществе АН, которое стало появляться в Санкт-Петербурге. Появилась поддержка международных донорских агентств, на средства которых осуществлялся реабилитационный процесс. Они же организовали обучающие поездки  в страны Европы и в США, где опыт реабилитации существовал уже многие годы. Опыт «Мельницы» был востребован не только в Петербурге, сюда приезжали со всей России и стран СНГ все, кто хотел оказывать помощь зависимым: священники, наркологи, психологи. За время ее существования тысячи зависимых получили помощь и начали процесс преодоления болезни. История развития церковной реабилитации, за истекшие 26 лет, напоминает евангельскую притчу о зерне, которое упав в плодородную почву, дает плод.  «Мельница» прекратила работу в 2008 году, но на смену ей пришли порядка 70 православных реабилитационных центров от Сибири до Калининграда.  Сегодня, церковная реабилитация представлена координирующим органом на уровне Синодального отдела Русской Православной Церкви Московской Патриархии – Координационным Центром по противодействию наркомании Отдела по церковной благотворительности и социальному служению (КЦ ОЦБСС),  сетью центров, объединенных единой концептуальным документом - положением о сети.  Епископ Каменский и Алапаевский Мефодий (Кондратьев), возглавивший (КЦ  ОЦБСС) Русской Православной Церкви  начал заниматься работой с зависимыми, согласившись принимать выпускников «»Мельницы» на Свято-Георгиевский приход, где он был настоятелем с 1989 по 2014 годы. На заседании Священного Синода Русской Православной Церкви от 26 декабря 2012 года был принят концептуальный документ «Об участии Русской Православной Церкви в реабилитации наркозависимых»  .  В нем выделяются  три основных принципа церковной реабилитации зависимого человека: 
 
Принцип 1. Реабилитация в Церкви есть, в первую очередь, результат действия Божественной благодати, являемой во всей полноте церковной жизни.
 
Принцип 2. Включение реабилитационного процесса в жизнь церковной общины.
 
Основной этап реабилитации осуществляется в приходских и монашеских общинах, а также в созданных или патронируемых Церковью учреждениях. В последнем случае община формируется из реабилитантов и верующих сотрудников. Общинная жизнь проходит здесь также под окормлением священника, но отдельно от прихода, который в этом случае лишь обеспечивает возможность реабилитационному сообществу участвовать в своей богослужебной жизни. В реабилитации, осуществляемой в Церкви, особое значение придается жизни реабилитантов среди членов церковной общины и, прежде всего, среди людей, освободившихся от наркотической зависимости и ставших членами общины.
 
Принцип 3. Компетентность (профессионализм) членов церковной общины, участвующих в реабилитации.
 
Компетентность составляют понимание духовной и физической природы зависимости, необходимые знания и владение навыками, обладание информацией о методиках, используемых в светских реабилитационных учреждениях.
В процессе реабилитации помогающий должен вооружить реабилитантов всеми необходимыми знаниями о зависимости и о возможных путях ее преодоления.
В Фонде «Диакония» сегодня работают 10 человек,  выздоровление и становление в качестве специалистов которых связано с «Мельницей». Поэтому можно сказать, что реабилитационный процесс в реабилитационных центрах Фонда это продолжение и развитие опыта, полученного нами на «Мельнице». 
 
Спасибо
Мнение редакции может не совпадать с мнением автора.