6+

За достойное образование

Читайте материалы по реформе РАН...

Портал о развитии благотворительного и гражданского движения
/ Главная

2020-05-21

Монологи врачей-борцов с COVID 19. Читают актеры БДТ


В России смертность врачей от коронавируса выше в 16 раз по сравнению с другими странами (Росбалт).

Средства, собранные по итогам благотворительного марафона БДТ были переданы в НИИ Скорой помощи им. Джанелидзе.

https://www.bdtdigital.ru/

 

Анатолий Петров, БДТ:

Врач-реаниматолог, 47 лет.

Есть какое-то паршивое ощущение, что никакого плата, с последующим спадом в ближайшие месяцы не будет. Пока мы живы, некоторым иногда становится плохо. Специально для этого рядом с выходом открылся кабинет первой помощи, где дежурит свободный врач. Нет, ощущение того, что мы справимся – не пропало, но это – как перед атакой врага. Проверяешь амуницию, подтягиваешь ремни, пересчитываешь боезапасы. И в десятый раз чистишь оружие. И кажется – да пусть уж поскорее начнется, нет уже силы ждать… В общем, с Богом.

Марина Игнатова, БДТ:

Добрый день, я врач-невролог, 29 лет, работаю в институте скорой помощи им. Джанелидзе.

Принимала экстренных тяжелых больных с инсультом, а так как наш стационар не был признанным для лечения больных с короновирусной инфекцией, то и средств индивидуальной защиты нам предоставлено не было, кроме масок и перчаток. А часто наши пациенты болеют не только инсультом и инфарктом, но и пневмонией, и многие из них оказываются коронавирусными. Мы, как лечащие врачи, непосредственно с ними контактируем. Так и случилось, что я заболела сама. Две недели была на самоизоляции с температурой, сильным кашлем и слабостью, после болезни снова вышла на работу. Но в плане организации ничего не изменилось. Средств индивидуальной защиты как не было, так и нет. Мои коллеги – все на больничном, кто-то лечится дома, кто-то лежит в стационаре с пневмонией. Два отделения неврологии – закрыты, работать и лечить больных – некому.

Андрей Аршинников, БДТ:

Медбрат, 42 года

В 4 часа ночи началось самое трудное. Всех больных необходимо помыть и перестелить. Наверное, этому можно посвятить долгий рассказ, но не буду на этом останавливаться сильно. В двух словах: необходимо перевернуть пациентов, а у нас только один в сознание, и это уже наше счастье потому, что это очень крупный мужчина 50 лет. Думаю, его вес – не менее 250 кг. Он сам может встать на ноги потому, что как нам крутить такого – сложно представить. Обмываем, подмываем, вытираем. Большинство пациентов нам помогали переворачивать и перестилать еще один медбрат и сестры. Некоторых больных нельзя было «менять» без наблюдения врача. На эту работу ушло более двух часов, хотя старались делать быстро. Вообще, больные должны лежать на животе, если долго лежать на спине, шансы на выживание значительно уменьшаются. Плюс, сегодняшний врач, по голосу и фигуре – молодая девушка, лица ее я не видел, просила, чтобы я обстукивал спины больных. К этому времени я уже, что называется, «поплыл». В маске, от нехватки кислорода устаешь моментально. Это учитывая, что мне повезло и не пришлось ни разу спускаться, а главное, подниматься по лестнице, а мы – на третьем этаже. Затем я мыл полы, а моя напарница протирала кровати и все остальное. Мы это делаем по очереди. После всего этого время уже – семь утра. Еще час до конца смены, но он длится бесконечно долго. В небольших делах, минута за минутой – неимоверно долго. Но вот, подходит уже к восьми утра. Вот и наши сменщики. Смену сдали. Осталось спуститься вниз, разоблачиться наконец, вдохнуть свежего воздуха, как дорогого и изысканного вина. Какое же это наслаждение – дышать, просто дышать. Завтра опять – на смену: с 8 до 20.

 

Народный мемориал в память о петербургских врачах, погибших от коронавируса

Власти Петербурга подтвердили смерть двух врачей от коронавируса ...

 

Елена Осипова, БДТ:

Медсестра, 28 лет.

Уже две недели как мое отделение вступило в ряды борцов с COVID 19, и теперь мы называем себя ковидонавты. Судя по нарастающим цифрам заболевания короной, большая часть из вас, дорогие друзья, продолжает плевать на призывы оставаться дома. Статистика госпитализации выглядит плачевно, растет. За сегодняшний день я убедилась на себе, что находиться в костюме «ковидонавта» по 6-12 часов – то еще удовольствие. Ни попить, ни поесть, ни сходить в туалет, а еще ощущаешь себя как в бане. Такая бесконечная липкая баня, в которую тебя просто заперли, а когда выпустят – непонятно.  От масок и респираторов на лицах у нас всех, медиков уже не проходят следы, вмятины, мозоли и синяки. И еще, мы вынуждены изолироваться от семей и родных. Вот это действительно – очень тяжело.

Алёна Кучкова, БДТ:

Хирург-онколог, 45 лет

Мы, медики, нуждаемся в поддержке – не только в моральной, но и в материальной. В частности, в средствах индивидуальной защиты. Ведь 10-15 % заболевших – это мы, медперсонал, который работал с пациентами с COVID-19. Конечно, сейчас находятся люди, которые делают огромные «бабки» на масках и респираторах. И они подставляют прежде всего медиков. Во многом из-за них медицинские учреждения не могут купить средства защиты. А если и покупают, то за очень завышенную цену. Сами медики покупают чуть ли не из подполы эти средства защиты, чтобы быть во всеоружии. А вы все скучаете на самоизоляции? Люди, сидите и радуйтесь, что вы не на передовой. Цените вашу безопасность. И пожалуйста, не допускайте травматизации или обострения ваших хронических заболеваний потому, что их сейчас просто негде и некому лечить. Идет полная перепрофилизация всех стационаров. Честно сказать, еще очень раздражают программы о том, а чем можно себя занять на карантине и как же сделать так, чтобы не скучать. А мне очень страшно за нас, за медиков

 

Андрей Феськов, БДТ:

Анастезиолог-реаниматолог, 50 лет:

Рано мы попрощались с операционной. Видимо, она будет использоваться по основному назначению. У больных с ковидом случаются кровоизлияния в мозг различной локализации. И если их не лечить, то они убьют пациента гораздо быстрее, чем вирус. Лучшая шутка дня такая: надо же научиться писать в памперс.  Ты не об этом думай, этому ты научишься. Ты думай как отучиться это делать, когда все закончиться. Я все-таки буду шутить периодически, дорогие друзья….

Елена Попова, БДТ:

Медсестра скорой помощи, 25 лет

И вот уже почти в два ночи нет намека на покой.  Да, многие скажут, что я сама, как и многие остальные, выбрала эту работу. Но в то время, когда я училась, я и представить не могла, что может быть такое отношение к медикам. Сколько злости, сколько несправедливости. Кто-то считает, что мы тут «зажрались», нам же столько доплачивают, «и зарплаты-то у вас хорошие, ведь об этом нам вещают с телевидения». Кто-то думает, что пандемия надуманна, что это все – теория заговора, продолжают нарушать карантин и вести себя безрассудно. Но есть те, кто верит, поддерживает, дает силу. Спасибо им. Сейчас мне хочется плакать от несправедливости и дикой усталости. Мне хочется, чтобы люди, которые не верят, поняли, что каждый из нас испытывает на «сутках», особенно в нынешнее время. Поняли, какому риску мы подвергаем себя и своих домашних, поняли, что не так все гладко, как вещают по ТВ…

Нина Александрова, БДТ:

Медик скорой помощи, 27 лет

Мы работаем сутками. Кто-то через сутки, кто-то через двое, кто-то еще чаще. Знаю, тут выбор каждого. Но за эти сутки мы проводим большую их часть в экипировке, то есть: абсолютно не дышащий комбинезон, очки, которые сдавливают твою голову до боли и запотевают, что ручьи пота катятся по лицу, маска, респиратор. Мы проводим с ковидными пациентами так порой по 12 часов. В машине, в поисках больницы. Мы не имеем возможности попить, сходить в туалет. Я про еду молчу. Так почему же в ответ на это мы получаем такие суммы? Светя другим, сгораю сам.


Комментарии

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора.
Редакция не несет ответственности за достоверность информации, содержащейся в рекламных объявлениях.